Сурин - столица слонов

В Таиланде слон окружен особой любовью. Ныне здесь насчитывается свыше 4-х тысяч слонов, и охота на них запрещена. Прирученные, они используются на лесозаготовках и других тяжелых работах. Но есть и в жизни слонов свои праздники. Самый большой из них устраивается в Сурине -- небольшом городке в 450 км восточнее Бангкока, расположенном в самом центре Сиама (так назывался Таиланд до 1932 г.).

Каждый год многочисленные гости съезжаются в Сурин на третьей неделе ноября. Именно в это время, в конце недели, на уикэнде, здесь устраивается ритуальный праздник, главные участники которого -- слоны. Говорят, что в праздничные дни все гостиниц переполнены; многие состоятельные туристы заказывают номера за несколько недель вперед. А кто поскромнее, устраивается в близлежащих городках и утром приезжает на слоновью торжества. Впрочем Сурин интересен и в обычные дни, и если путь пролегает через этот город, то почему бы его не посетить?

На привокзальной площади путешественника встречает целое слоновое семейство: папа с бивнями, мама без оных и слоненок, исполненные в камне в натуральную величину. В Таиланде существует поверье, что люди, которые пробегут под хоботом слона, обретут счастье в жизни. Но местные жители спокойно проходят мимо каменных изваяний: для этого нужен живой слон. Более того, животное должно быть из деревни, иначе, как считают, процедура превратится в насмешку над древней традицией. Что же касается детей, то они, до достижения зрелости, должны пройти под брюхом деревенского слона как под некоей "аркой судьбы". Считается, что это принесет счастье в дальнейшей жизни им и их семьям.

Любоваться скульптурной группой слонов долго не приходится. Путешественников, сошедших с поезда, атакуют великорши. Каждый предлагает свои услуги и клянется, что довезет до самой лучшей гостиницы. Но что такое "лучшая"? Как говорится, "то, что для иноземца хорошо, для русского -- смерть". Где уж там пятизвездочный или четырехзвездочный отель! Самый верный способ -- идти по городу и искать что-либо поскромнее, как это, впрочем, делает небогатая студенческая братия из богатых стран. Итак, котомку за спину и в путь.

Помощь приходит неожиданно. Из небольшого ресторанчика вдруг слышу по-английски: "Чем могу помочь?" На пороге "белый" владелец заведения с годовалым сынишкой на руках. Знакомимся. Рональд Барбер протягивает визитную карточку, передает наследника жене-тайке и заводит мотоцикл. И вот мы несемся по улицам Сурина. Рональд то и дело машет кому-то рукой, приговаривая: "Я знаю в Сурине всех и все знают меня".

В странноприимном доме, куда мы приехали, Рона знают очень хорошо. Он поставляет хозяйке постояльцев, а она ему -- клиентов в ресторан. Такой вот живой бартер. Приют для путешественников небольшой, атмосфера семейная. За большим деревянным столом, на берегу пруда, покрытого лотосами и кувшинками, пьем чай. Рон видно уже не в первый раз повествует о том, как он оказался в столице таиландских слонов. Родом из Техаса, он 17 лет работал инженером, побывал во многих странах, но три года назад бросил якорь в Таиланде. Женился на местной девушке, открыл ресторан, воспитывает сына.

Судьба необычная, но для кого как. Рона слушает молодая супружеская пара, проводящая медовый месяц в Таиланде. Он -- англичанин, она -- итальянка. Они рассказу Рона не удивляются, -- всеобщее любопытство вызывает новый постоялец из России. Все наперебой говорят мне, что в Сурине русских прежде не было. Рон берет карту Таиланда и рисует кружок около всемирно известного курорта Паттая. Затем он пишет название: Map Ta Phod, после чего сообщает, что в этом городке есть нефтеперегонный завод, где нынче трудятся несколько несколько сотен россиян. Нефть поступает с морских вышек, возведенных в Сиамском заливе, а начинал их строительство 17 лет назад он -- инженер Рональд Барбер...

Смеркается, и Рону нужно спешить в свое заведение. Простившись, он уносится на своем мотоцикле, и тут же его сменяет племянник хозяйки, -- юноша, приехавший навестить тетю. По профессии он погонщик слонов -- махаут, и все мы забрасываем его вопросами. Он махаут с раннего детства и живет на севере Таиланда, среди гор и лесов. Может показаться, что так называемый "мальчик -- погонщик слонов", или "махаут" -- всего лишь образ из далекого прошлого или навеян книгами Редьярда Киплинга. Однако это не так. Многие таиландские юноши по-прежнему посвящают свою жизнь воспитанию, обучению и уходу за слонами.

Наш собеседник -- 17-летний паренек с живыми глазами. Он рад рассказать гостям о своей профессии. Слоны могут в любой момент оступиться и упасть на холмистой местности, так что работа трудна и опасна как для них, так и для махаутов, -- говорит он. За слонами надо хорошо ухаживать, ведь они должны быть здоровы и в хорошем настроении. Обычно день начинается с того, что слонов отводят утром купаться, желательно в проточной воде, в прохладном, чистом водоеме. Слоны должны хорошо питаться, но не переедать, иначе они быстро устанут. С другой стороны, если пищи недостаточно, слоны становятся рассеянными. Тут уж им не до бревен. Очень важно, чтобы их окружали спокойные и терпеливые люди, к которым они привыкли.

"А где содержатся суринские слоны в течение года?", -- спрашиваем мы у махаута. Оказывается в двух "слоновых деревнях" -- это селения Ban Ta Kland и Tambon Krapho, в округе Tha Tum, в 60 километрах к северо-востоку от Сурина. Значит с утра надо отправляться в гости к дрессированным слонам.

Обе деревеньки расположены близко одна от другой. Это своего рода фермы, где выращивают и дрессируют слонов. Но посетители, навещающие этот слоноводческий центр, испытывают некоторое разочарование. Предвкушая встречу с двумя-тремя сотнями слонов, гости видят здесь лишь несколько серых гигантов. Где же остальные?

Привратник, в прошлом махаут, рассказывает, что слоны уехали "на гастроли" в Японию. Вот уже в течение ряда лет суринских дрессированных артистов по окончании ноябрьских торжеств (не путать с 7-м ноября!) везут в Бангкок и грузят на теплоход, отправляющийся в Японию. Там слоны участвуют в различных фестивалях, привлекая многие тысячи зрителей. Четвероногие артисты бывают и в других странах, зарабатывая валюту для королевства, да и себе на сено. А к ноябрьским праздникам путешественники с новыми впечатлениями возвращаются в Сурин на радость горожанам и туристам.

Но все же поездка в слоновью резиденцию не разочаровала. Здесь есть небольшой музейчик, посвященный труженикам-гигантам. Для таиландцев слон -- это не просто животное-млекопитающее, но своего рода религиозный символ. Азиатский слон имеет долгую историю одомашнивания. Еще тысячу лет назад слонов использовали в сражениях, церемониальных процессиях и как тяговую силу. Вес азиатского слона может доходить до 6 тонн; его размах "в плечах" -- до трех метров. Согласно древним тайским поверьям, Млечный путь -- это громадное стадо белых слонов, пасущихся на небесах.

Корни особого почитания слонов уходят вглубь тысячелетий и связаны с мифом об индуистском божестве Ганеше (у тайцев -- Phra Pikanet). Сын Шивы и Парвати, Ганеша во младенческом возрасте настолько разгневал отца, что тот в ярости обезглавил свое чадо. Но вскоре, чтобы утешить свою супругу, Шива приставил к туловищу Ганеши голову слона, мирно пасшегося неподалеку. Ганеша весьма популярен в индуистском пантеоне, его изображения часто встречаются в древних харама не только в Индии, но и Таиланде, где первенствующая религия -- буддизм. Здесь он считается богом мудрости, не случайно его изображение можно увидеть на эмблеме Министерства образования.

В буддизме слон занимает почетное место. В буддийском мире широко распространялись сказания, повествующие о прошлых рождениях Шакъямуни в образе животного -- обезьяны, оленя, слона. При последнем рождении Будды Гаутамы также "замешан" слон, Мать царевича -- Махамайя, увидела однажды со вне, что ей в бок вошел слон, спустившийся из облака. Через положенное время она родила младенца, которого назвали Сиддхартхой, что значит "выполнивший свое назначение".

Примечательно, что этот слон был белый, и в Таиланде белые слоны особенно почитаемы. Вот что сообщалось по этому поводу в "Московских ведомостях" в 1883 году: "Туземцы думают, что тело белого слона служит временным жилищем какой-нибудь доброй души, находящейся на быстром пути совершенствования. Вследствие этого счастливому животному оказывают вельможеские почести, обвешивают его драгоценными камнями, окружают его многочисленной прислугою, и дни его текут в мирном и приятном бездействии".

Сходные сведения можно почерпнуть из "Санкт-Петербургских ведомостей" за 1835 года. Там приводится рассказ одного из европейских путешественников, побывавшего в королевской резиденции в Бангкоке. "При посещении некоторых зданий дворца имели мы случай видеть несколько белых слонов, к которым сиамцы питают величайшее уважение, -- сообщает автор записок. -- Поймавший подобного зверя почитается во всей стране благополучнейшим человеком на свете и происшествие сие сохраняется навсегда в народных летописях. Счастливец получает в награду серебряную корону и участок земли в потомственное владение, равняющейся величиною такому пространству, на котором может быть слышим голос слона; сверх сего не только он сам, но и все потомство его, до 4-го колена, освобождается от всяких податей и повинностей".

Имя автора этих строк осталось неизвестным, а в 1855 г. в Сиаме побывал известный политический деятель -- английский посланник Джон Боуринг. Как сообщалось в газете "Русский инвалид", этот дипломат имел встречу с королем, а затем был "представлен также белому слону и получил, в знак особого монаршего благоволения, клочок шерсти этого животного, которому воздаются божеские почести, как потомку Будды. В сиамском чинопорядке слон, считаемый наравне с разумным существом, занимает место непосредственно после принцев, и клочок его шерсти был главнейшею вещью в числе подарков, некогда присланных королеве Виктории".

...Вернувшись в Сурин, начинаю осмотр города от привокзальных слонов. В каждом таиландском городе непременно есть ват -- буддийский монастырь. В Сурине их несколько. Заглянем в один из них. Пагода с островерхой крышей, украшена изображением слонов. Вместо российских "коньков" к небу тянутся выгнутые позолоченные украшения, напоминающие хоботы трубящих слонов. Рядом с пагодой -- огромный баньян, а под ним статуя Будды, и с обеих сторон -- фигуры слонов.

Если выйти из вата и проследовать к другому монастырю, то по пути нам не разминуться со слонами. Эта скульптурная группа напоминает привокзальную. Но здесь, на пересечении двух улиц, поспокойнее, чем на привокзальной площади, и местным жителям удобнее навещать своих любимцев. У папы-слона на бивнях гирлянды живых цветов, у мамы и у слоненка -- на хоботах. Они смотрятся как живые, и даже окружены оградой с шипами, как в зоопарке. Рядом -- буддийский жертвенник, перед которым приношения верующих: фрукты, цветы. Здесь же пасутся фигурки маленьких слоников.

Перед отъездом из Сурина надо навестить Рона -- он обещал показать видеофильм про местные празднества. Иду к нему в харчевню; на улицах то и дело встречают эмблемы: слоны в роскошных попонах, а над ними -- семиярусное зонтики. Рон включает видик, и вместе с его земляками, приехавшими из Техаса, начинаем просмотр фильма.

...На огромном зеленом поле 200 великолепных исполинов джунглей. На праздник отбираются самые красивые и сильные слоны. Все они украшены лентами, колокольчиками, покрывалами. Церемонию открывает парад боевых слонов, на спинах которых восседают воины в древних ратных доспехах с секирами, копьями, мечами в руках. Перед зрителями разыгрывается сценарий битвы XIII века, когда таиландский народ сражался за независимость с владыками Срединной империи -- Китаем.

Любимицей зрителей стала гигантская слониха Кум Аме. Ее вес 5 тонн, рост 2,7 метра. Она участвует в соревнованиях по перетягиванию каната. 100 молодых парней тщетно пытаются сдвинуть с места добродушно помахивающую хвостом слониху. По истечении 15-минутного срока победа присуждается Кум Аме. Кульминацией праздника стали демонстрация возможностей дрессировки слонов, выполнение ими различными трудоемких работ и испытание их на ловкость. В представлении участвует и публика. На траве с интервалом в один метр укладываются несколько десятков добровольцев из числа зрителей, образовавших своего рода человеческий "ковер", по которому, медленно и осторожно нащупывая свободное пространство, ступают пять могучих слонов.

Слоны вовсе не неуклюжие животные. Вот они лихо играют в футбол, а вот -- бегут со скоростью 40 км в час по полю, с установленными на нем всевозможными препятствиями. Вечером под вспышки фейерверка уставших животных уводят в загоны, где их ожидает обильный праздничный ужин. А зрители наблюдают за происходящим на поле спектаклем, участники которого воспевают мудрость и силу большого друга человека -- слона...

На следующее утро спешу на поезд. Путь на вокзал идет мимо пожарной части. Как и во многих странах -- эта служба здесь военизированная, со своим внутренним уставом. Пожарные застыли в шеренгах перед флагштоком. Ровно 8 часов утра. Из репродуктора, как обычно в это время, раздаются звуки государственного гимна, и флаг медленно ползет вверх. В звуках гимна слышится что-то родное. И это не случайно, -- ведь еще в 1888 году русский композитор Шуровский, по просьбе сиамского короля, сочинил мелодию государственного гимна Таиланда. В благодарность за это тогдашний король Чулалонгкорн подарил ему именную серебряную табакерку.

Смотрю на слоника, украшающего здешний фонтан. Он слушает русскую мелодию, застыв в стойке "смирно". И вспоминается шутка, некогда бытовавшая в нашей стране: "Советский Союз -- родина слонов. Советские слоны -- самые сильные в мире".

архимандрит Августин (Никитин)
Strannik #1 (132)
/1997-01-01/